Виталий Мутко: Хиддинк был не просто тренером

Выдающийся успех сборной России по праву связывали с работой Гуса Хиддинка. Голландскому специалисту наряду с игровыми изменениями удалось перестроить на европейский лад и менталитет наших футболистов, что называли важнейшим условием такого успеха. Появлением Хиддинка Россия обязана нынешнему министру спорта Виталию Мутко. Именно он, будучи в 2006 году президентом РФС, решился на эксперимент, впервые пригласив в нашу сборную иностранного тренера. О самом успешном турнире в истории российской команды Мутко рассказывает в интервью «Спорту».

— Виталий Леонтьевич, ведь бронзовой сказки могло и не быть, не подсоби нам в последнем туре отборочного турнира хорваты. Какое настроение было в сборной перед встречей с Израилем, едва не ставшей роковой?
— Сейчас, вспоминая те дни, думаю, что все мы тогда недоработали. Это касается и футболистов, и тренеров, и руководства. Конечно, трудно не поддаться благодушному настроению, когда весь мир говорит о том, что мы уже решили задачу. В какой-то степени всех нас такая волна захлестнула. Из-за чего, наверное, снизилась и концентрация, и чувство, что Израиль может поставить нам подножку.

— Опасались, что в случае непопадания на Евро вам тут же начнут пенять на бессмысленность приглашения Хиддинка?
— А мы что, до этого звезды с неба хватали? Постоянно из группы на чемпионатах мира и Европы выходили? На всякий случай, Хиддинк принял сборную, когда она была на 37-м месте в рейтинге ФИФА, а сейчас? Да, задача снять проблему непопадания на крупные турниры тогда была очень важной. Я еще тогда говорил, что нам для обретения уверенности необходимо попасть на два подряд форума. И тем не менее я видел, что, даже если мы не поедем на Евро 2008 года, все равно продолжим двигаться вперед.

— Что из привнесенного голландцем было недоступно нашим тренерам?
— Хиддинк был не просто тренером. Его можно назвать олицетворением развития футбола в стране. Его авторитет сыграл огромную роль в том, что к нам стали относиться по-другому. Это касалось и соперников, и судей, и чиновников. На жеребьевке чемпионата Европы я заметил огромный контраст по сравнению с тем, что было раньше. К Гусу и соответственно нашей команде относились крайне уважительно, внимание со стороны прессы значительно увеличилось. Что же касается спортивной стороны, то определяющими стал авторитет Хиддинка и особенно его достижения. Ведь одно дело, когда какой-то тренер абстрактно рассказывает о чемпионатах мира и Европы, и совсем другое, когда о них слышишь от человека, который там не раз был и добивался успехов. Во многом именно это стало определяющим в том, что игроки поверили тренеру и отлично восприняли его идеи.

— Помните настроение перед матчем с Андоррой?
— Было оно неважным, прямо скажу. При этом ребята все равно продолжали нормально тренироваться, готовились к игре, но чувство разочарования витало над командой. Кто ж тогда думал, что все в итоге закончится для нас счастливо.

— Во время матча больше следили за игрой или интересовались, как там дела у англичан?
— В Андорре ведь стадиончик маленький. Все, что на трибунах говорится, прекрасно слышно. Поэтому едва кто-то узнал, что хорваты вышли вперед, а потом удвоили счет, тут же об этом сообщили и футболистам. На трибунах началось веселье, а у нас-то счет еще 0:0. Я и думаю: «Дайте им хоть мяч-то забить». (Смеется.)

— Как воспринимали разговоры о том, что приглашение Хиддинка оказалось фикцией, так как мы попали на Евро за счет Хорватии?
— Я давно уже в спорте и привык, что критики и недовольные будут всегда. Проиграли — плохо, выиграли — тоже найдут массу объяснений, почему нашей заслуги здесь нет. А что на такие разговоры можно было ответить? В конечном итоге победа хорватов в последней игре нам помогла. Это очевидно. Но ведь исход отборочного турнира зависит не от одной игры. Англию разве кто-то за нас обыгрывал? Хорватам мы не уступили ни разу, дважды обыграли Македонию — все это тем же англичанам не удалось. Так что подобные рассуждения меня не задевали — всерьез их не воспринимал.

— Какую задачу ставили перед командой на Евро?
— До начала турнира говорить о полуфинале, конечно, не приходилось. Нацеливали ребят на выход из группы.

— После разгрома от Испании в первой игре не разуверились в реальности такой задачи?
— Однозначно нет! Мы изначально понимали, что у испанцев команда запредельного уровня. Что они потом и доказали. Ту же Германию в финале обыграли в одну калитку, несмотря на минимальный счет. Поэтому спокойно готовились к следующим встречам и были уверены, что тяжелая работа перед турниром даст плоды.

— Игроки, кстати, роптали из-за тяжелых нагрузок?
— Нет. И здесь тоже сыграл роль авторитет тренера. Если он предлагает определенную работу, игроки изначально понимают, что она необходима. Кроме того, ведь ребятам все еще и подробно объяснялось, что тоже помогло им переварить такой объем работы. Одно дело, когда просто требуют что-то выполнять. У нас же и Хиддинк, и сам Верхейен подробно объясняли, для чего нужно каждое упражнение. А в четвертьфинале мы наглядно увидели, какие сладкие плоды принесли те усилия: голландцев переиграли абсолютно по делу, превзойдя их в свежести. И еще надо обязательно отметить психологическую устойчивость команды. Вспомните, мы долго вели в счете и пропустили ответный мяч за несколько минут до конца основного времени. Поверьте, не каждая команда сможет собраться и продолжить гнуть свою линию, когда такое происходит во встрече с одним из главных фаворитов турнира.

— Что стало определяющим для этого?
— После того как я возглавил РФС, мы сразу взяли курс на то, чтобы играть с сильными командами. У нас в соперниках были Бразилия, Голландия, Германия, позже Аргентина. Гус отмечал как обязательное условие для роста встречи с топовыми сборными. Во-первых, нам надо было поднимать рейтинг, а ничья или даже поражение против, скажем, Бразилии или команды из пятого десятка — это абсолютно разные вещи. Кроме того, надо было постоянно вариться в этом соку и видеть, что из себя представляют сильнейшие команды мира и к чему надо стремиться.

— Как оценивали шансы в полуфинале?
— Признаюсь, нас посетило благодушие — победив Голландию, мы уже считали свою задачу выполненной. При этом прекрасно представляли силу Испании. Поэтому максимального настроя на эту игру уже не было.

— Помня свое зенитовское прошлое, испытывали дополнительную гордость за успехи команды?
— Я на тот момент уже три года был президентом РФС, две наши команды — «Зенит» и ЦСКА — выиграли Кубок УЕФА, поэтому с армейцами у меня тоже был хороший контакт, я за них также переживал. Но все-таки полностью объективным мне оставаться тяжело, ведь тех же Малафеева и Аршавина я знал еще с юных лет, Андрея помню еще 14–15-летним, когда, будучи президентом «Зенита», платил ему стипендию от клуба.

— Его влияние на команду в Австрии и Швейцарии отличалось от того, что было в «Зените» в ваше время?
— Неординарным футболистом, способным в одиночку решить исход матча, Аршавин был всегда. Так же как и лидером. Ведь, когда мы с ним подписывали первый профессиональный контракт, для него вопрос о своих условиях стоял только на третьем месте. На первом месте была компенсация его детскому тренеру, потом его интересовала обстановка в команде, и лишь после этого мы завели разговор о его личном контракте. Таким же он остался и в сборной — больше думающим о команде и партнерах, чем о себе.

— Приятным сюрпризом стало отсутствие скандалов во время турнира в команде.
— Проблемы возникают во всех командах, в том числе и на самих турнирах. Кто-то что-то не так понял, кто-то чем-то недоволен — это рабочие моменты. Главное, что атмосфера в команде была такой, что все чувствовали свою необходимость и четко осознавали приоритет командных амбиций над личными. Поэтому если какие-то моменты возникали, то разрешались они быстро и без проблем. И главное — ничего не выносилось наружу, не было взаимных обвинений.

— Какие слова Хиддинка запомнились после чемпионата Европы?
— Гус — уверенный в себе специалист и человек, поэтому он воспринимал наш успех как закономерный итог работы всех, а не как какую-то исключительную сенсацию.

— Ощутили повышение интереса к футболу после бронзы?
— Еще какое! Я уж не говорю, сколько счастливых людей выходило на улицы радоваться нашим победам. Вспомните, даже на матче с Азербайджаном, уже в квалификации ЧМ-2010 мы собирали полные «Лужники».

— Многих скептиков и недоброжелателей разочаровали этим результатом?
— Повторюсь, у нас такая система, что недовольные есть всегда и при любом результате. Поэтому просто порадовался за тех, кто искренне за нас переживал и желал успеха. Я еще в «Зените» говорил, что команду надо поддерживать всегда. Спорт — такая вещь, что любой матч может пойти не по твоему сценарию, и к этому надо быть готовым. Поэтому очень важно, если поклонники об этом всегда помнят и остаются с футболистами в сложные моменты.

Мяч TANGO 12 MATCH BALL REPLIQUE, производитель-Адидас в интернет-магазине «Rusfootball»