Футбольный матч сыгран был на Красной площади – российской святыне, возле мавзолея, в котором спал вечным сном вождь трудового пролетариата. А на трибуне усыпальницы стоял другой вождь со своими соратниками.
Апофеоз праздника
Палило солнце, гремела музыка. Чеканя шаг, маршировали атлеты. Вращалось огромное колесо с физкультурницами, уходили ввысь людские пирамиды. Подбрасывали гири силачи, показывали ловкость гимнасты. Мелькали упругие тела бегунов, братьев Георгия и Серафима Знаменских.
Колонна боксеров несла на своих плечах 28 (!) рингов, на которых шли поединки. Катили грузовики с залитыми льдом катками, на которых кружились фигуристы. Заключенные трудовой коммуны имени наркома НКВД Генриха Ягоды прошли по брусчатке с лозунгом: «Спасибо товарищу Сталину за возвращенную жизнь».…
Апофеозом небывалого действа стал футбол. Странно, но о том памятном спортивном празднике 1936 года не сняли фильм. Осталась только нарезка кадров, которые смотрели два старика – Андрей и Николай Старостины. Первый реагировал эмоционально – улыбался, подавал какие-то реплики, второй наблюдал безмолвно. Но их сердца наверняка замирали от воспоминаний.
На экране – множество людей раскатывают огромный ковер. Потом на него выходят футболисты московского «Спартака» и по заранее разработанному сценарию бегают, прыгают, финтят, пасуют и «вбивают», как тогда выражались, мячи. На происходящее с восторгом взирает советский бомонд: женщины в белых платьях и мужчины в белых же костюмах.
Триста спартаковцев
В то время проходил первый чемпионат СССР по футболу. Но поскольку Сталин не ходил на футбол, его вождю преподнесли. Чтобы он увидел игру, которой поклонялись миллионы людей. И дал бы ей свою строгую оценку. Хотя вождь ничего в футболе не понимал, в отличие от своего сына Василия, который в игре души не чаял. Впрочем, это – совсем другая тема…
Глава комсомола Косарев был приятелем братьев Старостиных и болельщиком московского «Спартака». И, возможно, благодаря его энергии именно «красно-белые», а не динамовцы, которых курировал всесильный НКВД, или «армейцы», бывшие под патронажем мощного наркомата обороны, стали участниками исторического матча.
Накануне спортивного праздника триста – не спартанцев, а спартаковцев – в том числе, братья Старостины и другие известные спортсмены каждую ночь, когда прекращалось движение, сшивали войлочные пластины. К утру их скатывали, чтобы не мешать проезду транспорта.
Да-да, не удивляйтесь, молодые читатели, когда-то по Красной площади бегали автомобили и мчались, звеня, трамваи!
…Однако «презентация» футбола могла сорваться. Николай Старостин в своей книге «Футбол сквозь годы» рассказывал, что незадолго до матча к нему подошел сотрудник НКВД и строго спросил: «Не думали ли вы, что спортсмены при падении могут покалечиться и это произойдет на глазах товарища Сталина? Такой ковер от ушибов не убережет. Я чувствую сапогом брусчатку, ваш войлок слишком ненадежное покрытие. Футбол придется отменить».
Старостин обомлел. Но не растерялся. Подозвал игрока дубля Алексея Сидорова и приказал ему упасть. Тот, не спрашивая зачем, подчинился.
«Легко оттолкнувшись, он взлетел в воздух и шмякнулся боком на ковер, – вспоминал Старостин. – И тут же, словно ванька-встанька, вскочил. Я спрашиваю:
– Больно?
– Что вы, Николай Петрович! Хотите, еще раз упаду?..
На следующий день, когда Алексей переодевался в раздевалке, я увидел его бедро и ужаснулся – оно было иссиня-черное…»
Но никто так и не узнал, что безвестный Сидоров спас положение.
Похвала вождя
В день праздника все пространство от храма Василия Блаженного до Исторического музея за считанные минуты превратилось в «стадион» с футбольным полем, воротами, беговой дорожкой и легкоатлетическими секторами.
Был и запасной вариант – если Косарев, стоявший недалеко от Сталина, увидит, что футбол вождю не по нраву, махнет белым платком. Поэтому Старостины, не отрываясь, смотрели на мавзолей.
Но Сталин был настроен благодушно. И Косарев так и не замахал измятым от волнения платком…
Игроки вместо тридцати минут провели на «стадионе» Красная площадь почти целый тайм. Заключительным аккордом встречи стал пушечный удар в верхний угол. Последовал эффектный бросок вратаря Ивана Рыжова, но мяч затрепетал в сетке ворот.
После матча Сталин лаконично похвалил футболистов: «Хорошо играли». Но этого было достаточно и означало, что футболу в Советском Союзе отныне позволено жить.
Страшно подумать, что могло произойти иначе, если бы у вождя в тот день оказалось мрачное настроение. Возможно, футбол могли обозвать «сумбуром вместо игры» и признать вредным, буржуазным занятием. А его пропагандистов примерно наказать.
Кстати, в то время считалось, что зарубежный футбол – нечестный, грубый. Игроков за границей продают и покупают, не спрашивая их разрешения. И занимаются им не нормальные люди, а безобразные и жестокие монстры…
Описанием матча на Красной площади завершается роман Льва Кассиля «Вратарь республики»: «Они выстроились перед Мавзолеем. В габронилитах его матово отражались зелень поля, лазоревые майки футболистов. А оркестры все играли «Кандидовский» марш.
«Эй, вратарь, готовься к бою! Часовым ты поставлен у ворот. Ты представь, что за тобою Полоса пограничная идет».
На трибунах тысячи людей подпевали: «Чтобы тело и душа были молоды, были молоды, были молоды. Ты не бойся ни жары и ни холода… Закаляйся, как сталь!..»
Солнце висело над шпилями Исторического музея и било прямо в глаза. Судья поднес свисток к губам.
Матч начался».
Футбол в СССР – тоже.
Автор: Валерий Бурт
