Форвард Новой Зеландии: Россия ассоциируется с матрешкой, пельменями и футболом

Нападающий сборной Новой Зеландии Коста Барбарусес в 2012-м вывел «Аланию» в РФПЛ, а через пять лет вернулся в Россию на Кубок конфедераций.

– Скучали по России? – спросили Косту российские журналисты после медиа-брифинга команды в Петербурге.

– Да, немного. Я неплохо провел время в России, правда было довольно тяжело. Я был очень молод, мне едва исполнился 21 год, так что переезд дался непросто. Но оглядываясь назад, я вспоминаю только хорошее о Владикавказе. Жизнь там правда очень сильно отличалась от жизни в Новой Зеландии. В общем, для меня это был хороший опыт. В противном случае я бы никогда не побывал на Кавказе.

– Вы с 2012 года не были в России. Что изменилось с тех пор в нашей стране?

– До этого я не был в Санкт-Петербурге, так что сейчас для меня все в новинку. В Петербурге и Москве население гораздо больше, чем во Владикавказе, а столица – еще и более загруженный город. Если бы еще съездил в сам Владикавказ – мог бы заметить, как там изменилась жизнь (улыбается). Но и Санкт-Петербург – очень классный город.

– Было ли вам легко тогда принять предложение «Алании»?

– В принципе да. У меня был очень хороший сезон в Австралии, и «Алания» была во мне очень заинтересована. Когда к тебе такой интерес – чувствуешь себя хорошо. Я без особых раздумий принял это предложение. Я был на каникулах в Новой Зеландии и прямо оттуда полетел в Москву подписывать контракт.

– Как думаете сейчас, путешествие в Россию было ошибкой?

– Нет-нет. Конечно, все сложилось не так, как я планировал, но я получил много опыта. Я уехал один и извлек много полезных вещей. Так что переезд в Россию точно не был ошибкой.

– В «Алании» вы играли не так много. Насколько сильно переживали по этому поводу?

– Да, было неприятно. Я был молод, а в юном возрасте очень важно получать много игровой практики. Это и стало причиной того, что я покинул «Аланию» через год.

– Вы играли на Кавказе – в мусульманском регионе. Не было ли некомфортно из-за этого?

– Я чувствовал себя довольно комфортно во Владикавказе. Никогда не сталкивался ни с какими опасностями. У клуба была хорошая инфраструктура и персонал. Практически все время я проводил дома и на клубной базе, разве что иногда ходил куда-нибудь обедать. К счастью, я не попадал в сложные ситуации.

– Драки, насилие, грабеж?

– Нет-нет (смеется). Я очень миролюбивый человек.

– Одни из главных стереотипов о Кавказе – регион неспокойный, по улицам ходят солдаты с автоматами. Слышали об этом до переезда?

– Да, конечно. Честно говоря, поэтому я ехал туда с опаской. Но как уже сказал, у меня там не было никаких проблем.

– Какие отношения у вас были с Валерием Газзаевым?

– Хорошие. Да, я играл немного в конце сезона, но у меня не было проблем с ним. Я понимаю, что у Газзаева была своя работа: кто-то играет, а другой – нет. Каждый тренер продвигает свой взгляд. Это его команда.

– Знаете, где сейчас играет «Алания»?

– Не уверен. Кажется, в региональной лиге.

– Команда во втором дивизионе, и Газзаева считают в этом виноватым.

– Это ужасно. Повторюсь, у меня в команде было немало друзей. Я надеюсь, что те ребята, с которыми я играл, хорошо продолжили карьеру и не пострадали из-за этого. Это большое несчастье.

– Три вещи, с которыми у вас ассоциируется Россия?

– Вот эта кукла, которую открываешь, а там еще одна.

– Матрешка?

– Да, она. Еще не могу вспомнить название еды. Похожи на вареники, а внутри – мясо.

– Пельмени.

– Я много их съел в России (улыбается). А третья вещь…

– Водка?

– Нет, это слишком для меня (смеется). Все-таки футбол – я приезжал сюда из-за этого.

Советский спорт